НАШИ РАЗДОРЫ И ЗАЛОГ ЕДИНСТВА,
или
Почему мы проголосовали против русского языка
Сегодня, пожалуй, никому уже не надо разъяснять, что такое русский мир. Что это не географический объект и не политическое обозначение национальной общины или диаспоры, а то, что объединяет всех русских людей на планете.
Нас теперь больше беспокоит другой вопрос – что разъединяет русский мир? Откуда в нем столько противоречий, разногласий и внутренней вражды, порой напоминающей древнерусские междоусобицы?
В ноябре в Латвии проходил сбор подписей за проведение референдума о статусе русского языка, а в феврале состоялся и сам референдум. Меня поразило, как много русских людей отнеслись к нему с прохладцей и выразили мнение, что русский язык в Латвии вовсе не должен быть государственным – пусть остается иностранным. А государственный нам конституцией прописан один и, мол, никаких гвоздей. Не моги думать иначе, как сказала спикер Сейма мадам Аболтиня.
Очень странный аргумент. Да, действительно, пока что у нас наличествует один государственный язык. Но ведь в Конституции ЛР ничего не сказано, что со временем государственных или официальных языков в Латвии не может стать два или больше. (Как, между прочим, во многих государствах Евросоюза. Из двадцати пяти членов ЕС только в шести наиболее отсталых, экономически плохо развитых странах существует по одному госязыку: в Латвии, Литве, Греции, Словакии, Венгрии и Болгарии).
Однако, аргумент этот сыграл самую пагубную роль. Мнения резко разделились. Многие русские на референдуме руководствовались именно им. Опять раскол налицо и очень серьезный, глубокий. В чем его настоящая причина?
* * *
Начнем с начала: что же нас всех объединяет? И если не всех, что у нас все-таки общего?
Понятное дело – русский язык. Но по-русски сегодня во всем мире говорит почти 300 млн. человек. Больше, чем самих русских на Земле. Значит, есть что-то еще?
Первое, что мне, как литературному критику, приходит в голову – русская литература. Но тут как раз все обстоит наоборот. В кого ни ткни, может оказаться, что он и книгу в руках не помнит когда держал. А что до чтения, скажем, русской классики, так это с большинством из нас последний раз случалось еще в школьные годы.
Может, русская культура? А кто сегодня сумеет толком объяснить, что это такое? Все опять упрется в литературу, которую мало кто читает. В русскую классическую музыку, которую молодежь сегодня не знает напрочь. О живописи говорить нечего, об архитектуре – и подавно. Русское образование у нас скоро тоже почиет в бозе. Воспитание – о нем и вспоминать стало неприлично.
Да, совсем забыл, есть еще русские народные обряды, костюмы, танцы, песни. По этой части (т. е. по части низовой, не дворянской в прошлом и не сегодняшней городской культуры, а народной, сельской) мы, по крайней мере, здесь, в Латвии, как, между прочим, показали прошлогодние Дни русской культуры, просвещены лучше всего. Но сказать, что именно это нас объединяет в единый русский мир, ни у кого язык не повернется.
А ведь говорим мы о нем в разной связи. О русском мире и Латвии. Или о русском мире – в Латвии. Еще есть странный поворот темы: мы и русский мир… Так что же получается? Мы, русские люди, не вполне идентифицируем себя с русским миром? Появилось даже понятие – западные русские. Похоже, западные русские сохраняют за собой только русский язык. От России они открещиваются, ориентируются на все европейское или американское. Да и сам язык для них не более, чем средство общения, которым бог им дал овладеть в совершенстве. Впрочем, многие из них уже и общаться между собой предпочитают на государственном, и детей отдают учиться в латышские школы. А на работе – в некоторых банках, например,- вообще говорят на английском.
Так что же мы все-таки имеем в виду, относя себя к русскому миру? Может быть,— неприязнь к русофобии и русофобам? Хотя, с другой стороны, сегодня и среди латышей есть достаточно хорошо образованные люди, не вполне даже владеющие русским, но к русофобам тоже относящиеся с неприязнью. Такой парадокс я лично сам недавно наблюдал. Придется вам поверить мне на слово. И человек этот к русскому миру, естественно, отношения не имеет никакого. Просто у него хорошо развито чувство порядочности.
Вот слово, с которого многое начинается. Порядочность, добролюбие и добросердечие, умение сохранять традиции и ценить накопленный поколениями нравственный опыт, четко разделяющий добро и зло. Все это и несет в себе русская культура и обучает этому нас в разных своих проявлениях. Так что скорей всего именно моральные ценности вместе с неприязнью к русофобам и являются тем, что худо-бедно, но все еще скрепляет русский мир в одно целое.
Я к чему вообще клоню? К тому, что проблема русского мира теперь все чаще делается центром внимания образованных людей даже в самой России. Там, конечно, сильна еще та часть ультраправых либералов, которая входит в т. н. международный либеральный интернационал, дающий им «ценные указания» и ориентирующий на расчленение России. Но крепнут и их противники, мыслящие трезво и понимающие, что если не объединить всех русских людей на планете, русская культура скоро может оказаться в положении какой-нибудь Атлантиды или Китеж-града, от которых одно только название и осталось.
Тут самое время, наконец, уточнить, что понятие «мир» в нашем конкретном случае означает трансгосударственное и транснациональное сообщество людей, причастных к русской культуре. Есть испанский мир, китайский, французский, английский и, наконец, есть русский мир. Он объединяет тех, для кого, где бы они ни жили, много значат (и уж, во всяком случае, не пустым звуком являются) три основных вещи: русский язык, русская культура и будущее Российского государства.
* * *
Но что же нас в таком случае разъединяет? Что имеется в виду, когда говорят, что больше нигде нет таких противоречий, как в русском мир? Верней, что же составляет причину или, скажем, источник всех наших разногласий, противоречий и, может быть, даже различий?
Я думаю, это то, от чего мы по неразумению своему сравнительно недавно отказались и в результате развалили целую страну. Это идеология. Верней, отсутствие таковой.
Идеология зиждется на вере, на религиозных устоях, церковных положениях, философских позициях. На Западе, несмотря на процветающий там индивидуализм, таких различий, как у нас, русских людей, нет, скорее всего, потому, что касательно философских основ, хоть Запад и положил начало многим идейным направлениям, он тем не менее весь насквозь пропитан прагматизом.
С русскими дело обстоит иначе. Им прагматизм не свойствен, и потому они готовы разодраться по любым пустякам. Не надо далеко ходить, достаточно задуматься, почему русские так разобщены у нас, в Латвии.
Казалось бы, вопрос настолько запутан, что ответа на него не найти. Но обратимся к вере и церкви. Вспомним, что разобщенность среди русских обычно явственно видна, например, когда дело доходит именно до раздела влияний. И уж совсем плохая ситуация складывается, когда приходится делить какие-то материальные блага, деньги, награды и премии. Здесь и начинают все тянуть одеяло на себя, скатываясь, в конце концов, каждый раз к примитивнейшей групповщине. Почему так получается?
Не потому ли, что русские у нас в Латвии испокон века очень разделены именно по принципу веры? И раскиданы, что называется, по разным углам? Причем совсем не обязательно быть таким уж откровенно и конкретно верующим человеком, чтобы оказаться в том или ином лагере. У нас ведь русские делятся на православных, католиков, лютеран, староверов и «нововеров»-сектантов… Кроме того, те, кто считает себя совсем уж отъявленными неверующими, обычно (даже не отдавая себе в этом отчета) все равно тяготеют к какой-нибудь из конфессий. И тут доходит до того, что, например, католики и православные скорей найдут общий язык и договорятся между собой, чем, скажем, обычные православные и наши местные староверы или «нововеры». Между ними словно бы действуют взаимно отталкивающие силы, определяющиеся главным образом их образовательным цензом.
Чтобы увидеть это, достаточно вспомнить и самому проанализировать любое из последних серьезных событий русского мира. Взять хоть тот же референдум о статусе языка. И сразу обнаружатся эти силовые линии притяжения или, напротив, отталкивания, которые в каждом конкретном случае как-то сказываются на принимаемых нами решениях.
Они и разбрасывают нас, русских людей, по разным лагерям и углам. Именно они способствуют групповщине и сеют разногласия, противоречия и раздор между нами и не дают местным русским солидарно, общим, объединенным фронтом отстаивать свои интересы. Каждый раз обязательно находятся люди «с позицией», выступающие с оглядкой на одну или другую церковь или религиозную группировку. А то еще откровенней и бестолковей – относящие себя к тем, кто поддерживает Путина или, скажем, мадам Новодворскую, кто стоит стеной за Россию или считает себя западным русским… И начинается разлад и полное несогласие друг с другом. В общем-то, вроде по мелочам, только мелочи эти оборачиваются большими проблемами. Нет чтобы быть проще и каждый раз в таких случаях исходить только из исконных объединяющих всех нас вещей. Из того, конкретно, относим мы себя к «держателям» русской культуры или нет. И тут совсем не важно, насколько крепко и уверенно мы за нее держимся. Как бы там ни было, залог нашего единства именно в этом.
G. G. 2012-2017