Литература

ТО, ЧТО ДОКТОР ПРОПИСАЛ
Для каждого, кто соскучился по хорошей русской прозе, «Тень всадника» Анатолия Гладилина будет хорошей находкой. Как любят повторять его герои – это то, что доктор прописал. Можно сказать, шедевр русской литературы ХХ1 века. Умный, ловко скроенный, полный неожиданностей современный роман.
Гладилин был первым, кто в свое время открыл «парад шестидесятников». Уже после него появились повести Аксенова, зазвучали в Политехническом стихи Евтушенко, Рождественского и страну накрыли песни Окуджавы, Высоцкого и Галича.
Когда Гладилина спрашивают, что обеспечило «шестидесятникам» сорок лет назад сумасшедший успех, он говорит – мы писали о том, что происходило тогда с молодежью и главное – ее языком. Роман «Тень всадника» тоже написан языком, которым говорит нынешняя молодежь, и о том, что сегодня происходит с нами. Правда, прибавилась еще одна характерность – полифоничность мысли и ощущений. Он метафизичен. В нем сочетается не сочетаемое. Или то, что раньше казалось не сочетаемым. И перемешаны времена — его герои живут одновременно в эпоху французской революции, наполеоновских войн, горбачевской перестройки и современной Калифорнии.
Как со всем этим управляется автор, диву даешься. Главный герой — он и агент чьих-то спецслужб, и профессор истории, и шведский король, и наполеоновский офицер одновременно. Всё в одном лице, в разных странах и временах. Кстати, не обойдена и Рига. История еврейской семьи, чья дочь становится успешной американской бизнесменшой, начинается в советской Риге, что придает роману особую пикантность.
Но больше всего удовольствия получаешь от того, как написан этот роман. Гладилин от прочих «шестидесятников» всегда отличался тем, что во главу угла ставил не политику, а формальные изыски и поиски. В «Тени всадника» он выделывает такие сюжетные и стилистические виражи, что — крепче держись за баранку шофер! Не знаешь, где взлетишь и где приземлишься. Гладилин позволяет себе такие пируэты, что дух захватывает от восторга. Но что замечательно, в отличие от современных постмодернистских трещоток, он постоянно держится в рамках классического романа. И виртуозно владеет стилем, формой и словом.
Еще в конце 60-х, когда «хрущевская оттепель» начала сменяться заморозками и печататься становилось все трудней и трудней, «шестидесятники» нашли для себя лазейку – они стали писать о современности под маской исторических сюжетов. Гладилин увлекся историей французской революции и хорошо ее изучил. Этот опыт он и решил использовать в «Тени всадника». Его герой, американский профессор истории, не устает примерять французские туалеты 18 и 19 века на современных персонажах.
Как Булгаков в «Мастере и Маргарите», Гладилин широко использует исторические параллели. Только его переходы из одной эпохи в другую, от психологии исторических героев к психофизике современного человека происходят гораздо органичней и тоньше. Кроме того, «Тень всадника» весь пропитан ненавязчивой, едва заметной иронией. Это облагораживает текст, делает его воздушным и летучим. В романе столько увлекательных поворотов, что от чтения невозможно оторваться. Иногда случаются совершенно невероятные пертурбации, но выход всегда оказывается простым и естественным.
Гладилин любит крайности. Как каскадер, он испытывает себя в опаснейших ситуациях, выходя из них целым и невредимым. Зато у читателя нервы выдерживают не всегда. Одна критикесса, прочтя роман, отозвалась о нем очень кисло. Дескать, автор не соблюдает элементарных приличий и в своих мужских эскападах теряет чувство меры и такта.
Это верно – теряет. Но тут же находит – шутка, конечно. Но если говорить серьезно, есть в романе Гладилина очень рисковые, откровенные и даже сальные эпизоды… Кстати, о женщинах! Что меня поразило в «Тени всадника» — отменное знание женской психологии и разных женских заморочек. Тут Гладили – дока, что просто поразительно. И надо сказать, меняя гендерные рельсы, в мужской ипостаси он выступает не так динамично, как в женской.
Так вот о сальностях и прочих скабрезных местах, иногда действительно граничащих с порнографией. Я могу сказать только следующее. Есть ведь женские романы, которые мужчины, хоть и пишут их, но, как правило, никогда не читают. Почему не может быть мужских романов?
«Тень всадника», между прочим, задуман именно как мужской роман. Автор не считает нужным обуздывать свое воображение. Имеет право. Тем более, что пишет-то он о чем угодно просто мастерски. Любительницам женских романов могу только посоветовать этот – мужской — роман не читать, коль он так им режет ухо, колет глаза и жжет пятки.
Но вообще, вдумайтесь в само название романа: что подразумевается под тенью всадника? У Гладилина – это тень мужчины. Это все, что остается от его мужской удали на склоне лет. Его амбиции, его чувства и самоощущение. «Тень всадника» написан пожилым человеком, который нелегко переживает свой преклонный возраст. Это роман о психофизике стареющего мужчины. Потому здесь немало разной медицинской атрибутики. Потому здесь и главная героиня – вызывающе молодая женщина, в общем-то, пардон, типичная сучка, красивая стерва.
Все продуманно и сбалансировано. Именно потому здесь рефреном все время звучит полуфраза «то, что доктор прописал». А сальности, вольности и прочие излишества – ну, положим, редактор их уберет. Вы думаете, роман от этого выиграет? Я сомневаюсь. Если убрать это, захочется убрать что-нибудь следующее. Так от хорошей книги может ничего не остаться. Да будет книга! На нашем то безрыбье… Ведь роман этот, гладилинский, сегодня всем романам – роман.
G. G. 2012-2017