Литература

ОФИСНЫЙ РОМАН СЕРГЕЯ МИНАЕВА
Очень популярный в офисных кругах российский писатель Сергей Минаев издал новый роман. Опять скандальный, с хлестким названием «Москва, я не люблю тебя». И матерный. Можно даже сказать, как писатель, Минаев прославился на всю Россию именно тем, что матерится в своих книгах так агрессивно и так беспардонно, словно для того только их и пишет. В современной русской литературе он, по-моему, один из немногих, кого не переводят на иностранные языки. А как переведешь его нецензурные эскапады? Но без них Минаев уже не Минаев.
Нет, я вовсе не утверждаю, что без абсценного эпатажа он никому не интересен. Как раз наоборот, я утверждаю, что если бы он не так цинично матерился, читателей у него только прибавилось бы. Я знаю женщин, которые не хотят читать его книги из-за его нецензурщины. Больше того, я не знаю женщин, которые эти книги с удовольствием читали бы.
А как он не любит Москву! Так ее не любить могут по логике вещей только нынешние лимитчики. Хотя сам он, между прочим, московский уроженец. Роман «Москва, я не люблю тебя» восьмая по счету его книга, все они о москвичах и москвичках, и каждая из них прямо пышет этой нелюбовью.
Впрочем, а кого он любит? Обычно авторы симпатизируют своим героям, Минаев – никогда! Потому, мне кажется, и писательское сообщество неохотно мирится с тем, что в свое время именно он оказался первым, как их сегодня называют, блогером, кому удалось свои сетературные опусы обработать в виде романа и издать отдельной книгой.
Тогда, в 2006 году, это было событием. Его первый роман «Духless» долгое время считался самой востребованной книгой. Потом его наградили Антибукером, премией, присуждаемой за худшую книгу года, но это только подлило масло в огонь. Книги Минаева начали выходить фантастически большими тиражами. Он стал чуть ли ни живым классиком midl-литературы, отражающей умонастроения и интересы среднего класса.
Правда, у Минаева есть одна слабость. Он не умеет заканчивать начатое. Не случайно он всюду говорит, что писательство для него всего навсего специфически ночное хобби. Днем он им не занимается. Настоящим делом для себя он считает свои ток-шоу на телевидении, свой бизнес (кстати, первый роман он издал, будучи тогда еще виноторговцем). А писать книги – этим он занимается от случая к случаю, непрофессионально. И всегда по ночам. Бывает, тяпнет стопарик, сядет за клаву компьютера, и его, как русскую тройку, понесет. Потому его книги читаются так легко и залпом, что под шафе ему легко пишется. Без тормозов. Я уж не знаю, много ли для этого надо выпить, а может наоборот, все касающееся выпивки вообще бравада, своего рода пиар, и на самом деле он пишет трезвый как стеклышко. Но пишет легко, это точно. И если бы Минаев не питал повышенной слабости к абсценщине, ему вообще цены не было бы.
А так его губят две вещи. Как вообще многих непрофессионалов: неумение сводить в книге концы с концами, и отсутствие меры в употреблении нелитературной лексики.
В новом романе Минаева обе слабости налицо и это огорчает. Сначала тут как будто все путем: мысль пульсирует равномерно, бойкий слог, летучий стиль. Такое впечатление, как будто каждую главу он предварительно наговаривает на диктофон, а потом переписывает. Есть тут и свойственная Минаеву ирония и немало юмора. «Москва, я не люблю тебя» — это вообще сатира на современную московскую жизнь. Кстати, название книги относится даже не столько конкретно к самому автору, сколько к многочисленной веренице его героев. Самого разного социального положения.
Открывают книгу два бомжа, мечтающие разжиться хоть какими-нибудь деньгами, чтобы уехать из ненавистной им Москвы и начать новую жизнь. В следующей главе в действие вступает уже офисный человек и тут вдруг нарисовывается кейс с миллионом долларов. Какие-то чехи (имеются в виду московские чеченцы) готовятся отправить с курьером миллионную взятку чиновнику гордумы.
И начинается чехарда с деньгами. Кейс чехи на замок защелкнули, а про код забыли. Служащий из курьерской фирмы случайно открывает кейс и видит кучу долларов. Конечно, он эти деньги решает присвоить и скрыться из Москвы. Но не проходит и часа, как наглотавшись на радостях наркоты, он заветный кейс теряет. Новыми владельцами миллиона долларов становятся работяги со стройки, потом полицейские и т. д. Минаев придумывает одну нелепую ситуацию за другой, в результате чего кейс с деньгами дольше пары часов в одних руках не задерживается. Переходит от одного владельца к другому – почти все они лимитчики – попутно знакомя нас с целой галереей московских типажей.
Я сперва не мог вспомнить, что мне напоминает этот лихо закрученный авантюрный роман. Букет самых разных характеров и куча денег, пробуждающих самые необузданные желания и радужные мечты. Наконец, вспомнил. «Мертвые души». Здесь даже свой Чичиков есть – нанятый «чехами» частный сыщик. В погоне за постоянно исчезающим у него из под носа кейса с деньгами он гоняет по Москве, демонстрируя нам одну за другой ее порочные язвы.
Москва тут раскрывается такими сторонами, что уже и не знаешь, как к ней относиться. Для читателя это, конечно, собирательный образ города вообще (как для рижанина Рига, например), в котором не задалась судьба. Из него, из этого города, коль уж в кармане образовался миллион, да и без миллиона тоже, надо валить.
Валить из города — это в романе Минаева ключевые слова для всех его фигурантов. Тем более, если его горе-герои относятся к числу тех, о ком сегодня принято говорить «понаехали тут». Такая у них философия – отовсюду валить, искать, где жизнь слаще…
К сожалению, кейс с деньгами такой гонки вскоре не выдерживает. Неожиданно он почему-то снова попадает в руки тех, у кого уже побывал, и, наконец, банально застревает в непонятных сферах. Это значит, литературные ночные бдения Минаева вдруг заклинило. Наверное, просто напросто иссякла писательская фантазия. Страниц за тридцать до конца романа в нем начинается повторение пройденного и странная сюжетная невнятица (так, между прочим, сейчас очень модно заканчивать широркоформатные опусы). И Минаев завершает описание волшебных приключений кейса с деньгами куплетом из знаменитой песни Утесова: затихает Москва, стали синими дали. Вы, наверно, устали, дорогие мои москвичи? Ну что сказать вам, москвичи, на прощание?..
Сказать Минаеву больше нечего. А нужно ли говорить еще что-то для романа-шутки, романа-фельтона? Может быть, и нет? У офисной беллетристики свои правила, свой канон. Их устанавливает Минаев.
G. G. 2012-2017