Литература

СТРАННЫЕ БЫВАЮТ СОВПАДЕНИЯ,
ИЛИ
ЧТО ТАКОЕ ФЭНФИК
Взял читать чудесно изданный роман испанца Феликса Х. Пальмы «Карта времени». И понял, что опять попал. К тому же он мне напомнил что-то до оскомины знакомое, недавно читанное. Что именно? Сразу не припомню, значит, какой-то эрзац: книги настоящие, стоящие не забываются.
И опять же эти садистские страсти-мордасти. Сегодня без них, конечно же, никак нельзя. В «Карте времени» все вертится вокруг таинственного Джека Потрошителя. Очень сумбурный сюжет, нацеленный на поиски изверга-садиста, убивавшего проституток. Время действия 1888 год. До конца книги так и не проясняется, кто он такой, этот серийный убийца, и главное — почему он фигурирует в романе «Карта времени».
Лишь закончив читать этот литературный шедевр ХХI века (что шедевр, написано в аннотации), я понял, что Джек Потрошитель для автора просто литературный герой, когда-то больше других потрясший его воображение. А вообще Пальма, конечно же, мнит себя постмодернистом, потому что, как потом окажется, появление в романе Джека Потрошителя, это еще и характерный постмодернистский пародийный прием: в романе один за другим возникают и другие известные литературные сюжеты. Например, из «Машины времени» Уэллса, из фантастических романов Жюля Верна – Лондон ХХI века. А так же мелькают известные писатели Генри Джеймс, Эдгар По, Брэм Стокер… Пальма, надо сказать без какого бы то ни было пиетета, пародирует их книги. Выглядит это в «Карте времени», к сожалению, так, дескать, коль мне до великих классиков не дотянуться, дай, я их, по крайней мере, спародирую.
Но больше всего Пальму привлекает образ Джека Потрошителя. Этот герой всех времен и народов в романе, как ему и положено, перерезает горло проституткам и с сексуальным наслаждением извлекает их внутренности.
Вместе с тем «Карта времени» роман, конечно же, интеллектуальный. То есть автор не скрывает своих познаний, он так и сыплет известными именами и названиями. Например, пишет черным по белому: «для головореза выпотрошить свою жертву и разложить внутренности вокруг трупа – то же самое, что расписать Сикстинскую капеллу». Красиво излагает. Кстати, я цитирую автора не просто так ради ловкого словца: в каком–то смысле сказанное про Сикстинскую капеллу — это его литературное кредо. Ведь сам Пальма в своем романе поступает точно так же: потрошит классиков европейской литературы и с упоением выкладывает из фрагментов их романов свои мозаики.
* * *
Да, вот, наконец-то, я вспомнил! Вспомнил, что напоминает творение Пальмы. И надо же, даже названия созвучны. «Карта времени» напомнила мне роман, получивший недавно премию Гонкура, и называющийся «Карта и территория» Уэльбека. Там тоже убийца точно так же выпотрошил свою жертву и выложил мозаику из человечьих потрохов. Этого потрошителя тоже все ищут и не могут найти.
Литературные переклички – страшное дело. Вот еще одна не менее странная. Пальма в своем романе с помощью машины времени переносит своих фигурантов из ХIХ века в третье тысячелетие. А там идет жуткая война людей с поработившим нашу планету, злобным роботом Соломоном и его армией. Но почему именно Соломон? Откуда взялось это имя, не ясно. Тоже напоминает что-то недавно читанное. Ах да, ну как же – «Пражское кладбище» Умберто Эко. Это у него озвучен соломонов заговор из «Протоколов сионских мудрецов» и еврейские планы поработить весь мир.
Роман Пальмы настолько хаотичный, что толком даже не скажешь, о чем он. Я понимаю, «Карта времени» заявлена им как первый том еще не дописанной трилогии. Наверное, поэтому до половины книги тут ничего не происходит. И лишь потом один за другим начинают разыгрываться разные фарсы, профанирующие хорошо известные сюжеты из мировой приключенческой литературы. Так, например, герой на уэллсовской машине времени переносится в недалекое прошлое, чтобы выследить и убить Потрошителя. Ему удается это сделать. Но уже после того, как парень, счастливый, удаляется со сцены, читатель узнает, что это был розыгрыш. Оказывается, Герберт Уэллс никакой машины времени не придумал. Он просто нанял актеров, и разыграл мстителя, всучив ему револьвер с холостым патроном, чтобы тот, не дай бог, взаправду не пристрелил актера, выступившего в роли Джека Потрошителя.
Дальше в романе все происходит ровно в том же духе. Все сюжеты неправдоподобные, надуманные. Читаешь — и глаза б не смотрели. Тогда как книга, повторяю, издана очень изящно. Вся в золоте и занятных украшениях. Почти такая же многословная и велеречивая, как классические романы ХIХ века. Постмодернистская подделка под старину во всех отношениях. Даже что касается книжной графики и полиграфического искусства. Короче, «Карта времени» — это натуральный квазироман, в котором ценятся не авторское мастерство и писательский талант, не художественная выразительность, а совсем другое: необычность ситуаций и вычурность сюжетных построений. За это теперь и премии дают. То-то и все три упомянутые книги тоже отмечены престижными премиями – и «Карта и территория», и «Пражское кладбище», и сама «Карта времени».
* * *
Но раз они удостоились немалых наград, может, в современной литературе им отводится какое-нибудь особое место? Так и есть. Несмотря на то, что литературное достоинство этих книг оставляет желать большего, у них есть своя ниша. Такая литература называется фанлит. В просторечии фанфик, фэнфик или просто фик. От английских слов фанат и фикшн, т. е. выдумка. Означает это нечто типа игры во что-то, очень нравящееся массовому потребителю развлекательного чтива. И почти всегда подделку под широко известные образцы. Это идет даже не столько от постмодернизма, сколько от пользования интернетом, дающим фэнфикерам широкие возможности для обмена мнениями и взаимной поддержки.
Самые успешные из них, самые пассионарные рано или поздно перебираются из сетературы в литературу книжно-бумажную. Изданные ими романы почему-то всегда отличаются изысканным внешним оформлением. Таким образом, они автоматом подходят под общее правило: чем краше книга, чем нарядней она издана (исключая подарочные издания), чем совершенней печать и выше цена, тем меньше эта книга того заслуживает.
Еще это называется трэш-литературой. От английского – мусор, хлам, макулатура. Трэш – это постмодернистский инструмент, с помощью которого реабилитируют дурновкусие в литературе.
Что характерно, романы-трэш всегда штучный товар. Многим кажется, что они написаны на хорошем, даже высоком художественном уровне, как, например, «Пражское кладбище». Но, обычно в них что-то раздражает, цепляет слух. Это не настоящие произведения искусства, а искусные подделки под них. Часто стилизация под классику. Как сказал один критик, они настолько плохо написаны, что по-своему даже очень своеобразны.
Не повезло в этом отношении в нынешнем году испанцам. У них почти одновременно появились сразу два заметных литературных шедевра, оказавшихся тухляками. Кроме упомянутой «Карты времени» это (опять же в кое-чем странным образом совпадающий с ней) роман Артуро Переса-Реверте «Осада, или Шахматы со смертью». В нем тоже фигурирует сакраментальная карта, на сей раз обстрела осажденного города. А на месте разрывов артиллерийских снарядов по ходу дела какой-то серийный маньяк убивает юных девиц и вспарывает им животы.
Трэш тут налицо – это пристрастие к жестокости, к кровавым сценам и таким сюжетным поворотам, когда, перефразируя русского классика, нас пугают, а нам не страшно. Но в еще большей мере этот (опять же интеллектуальный!) исторический детектив можно отнести к трэшу из-за сюжетной нагроможденности, которая кончается пшиком. Чего только автор тут не использует: большое количество разной интеллектуальной информации, перекличку с модными сегодня книгами и чуть ли ни со всеми собственными романами. И еще шпионскую интригу, политические мотивы, любовные истории и даже пиратские приключения. В финале такого романа ждешь апофеоза, откровения, праздника для души и сердца… Но, к сожалению, развязка в «Шахматах со смертью» получилась хиленькая. С сюжетом почти никак не связанная, и потому не доставляющая читателю элементарного чувства удовлетворения. Время на чтение потратил, но практически впустую. Можно было не читать.
G. G. 2012-2017