Литература

СЕКС ПО-ФРАНЦУЗСКИ И НЕ ТОЛЬКО
Вряд ли я стал бы читать этот роман, не окажись он о книгоманах. Так теперь в Европе называют знатоков литературы и любителей почитать. Там тоже теперь этим занимаются мало. Правильно сказал один умный человек: литературу ждет судьба классической музыки, а ее – в отличие от попсы – любят немногие.
Книга Катрин Панколь о гурманах книжного дела, библиофилах, хотя по обложке этого не скажешь. И название нелепей не придумаешь — «Мужчина на расстоянии». Наверняка идея издателя. Они любят, когда позанозистее.
Но что поделаешь, книжный бизнес навязывает свои правила игры. А вообще, по-моему, в наше время тут особо разборчивым быть не надо. Любовный это роман или философский – грань между ними может оказаться неразличимой. Особенно это касается зарубежной литературы. Названия переводных книг, ровно как их авторы зачастую ни о чем не говорят. Единственное, от чего я предостерег бы, не доверяйте аннотациям и рекламным слоганам на обложках – издатель сегодня врет как сивый мерин. Лучше доверять интуиции, своему вкусу и чувству языка. Обычно, пробежав первый абзац книги и два-три абзаца на любой попавшейся странице, понимаешь, для тебя этот роман написан или нет. И кстати, почитывать надо все: литературу для высоколобых полезно иногда разбавлять беллетристикой, детективами и даже книгами для подростков. Ведь известно, шедевры жанровых различий не знают.
Это касается и «Мужчины на расстоянии». Меня тоже передернуло от пошловатого названия. Явно женский любовный роман. Но полистав, я заинтересовался – и не только потому, что речь в нем о книжном магазине и книгах. Очень хорош перевод. Книгу я прочитал залпом и не пожалел. Случай, на мой взгляд, редкий. Это интеллектуальный женский любовный роман. С незаметно закрученной почти детективной интригой. Тут всего в меру. Женский он только по названию, ну и по любовной тематике. Но автор – умница. Человек образованный, не в пример нашим многим «пелевиным-сорокиным». Хотя, может, теперь это в порядке вещей? С тех пор, как авторы-мужчины своей главной темой считают бандитские разборки, а многие, кстати, вообще взяли за правило отбивать хлеб у женщин и сочиняют такое пошлое «бабское чтиво», что закачаешься, похоже, женский роман напротив стал набирать интеллектуальные обороты.
Катрин Панколь в литературу пришла из журналистики. Ей чуть ли ни на спор предложили написать книгу, и обязательно бестселлер. Она села и написала, книга в миг разошлась. С тех пор она издала больше дюжины любовных романов, все пользовались одинаковым успехом.
Но у «Мужчины на расстоянии» отдельная судьба. Панколь говорит: «Я давно хотела написать роман в письмах. С помощью писем автор как бы ухватывает момент времени, ситуацию, и ему вовсе не нужно для этого выстраивать роман классическим способом. Письма могут содержать премилые глупости. Письма ухватывают момент, подобно полароиду, с одной стороны размеренный, с другой мгновенный. Этот прием я решила использовать, чтобы написать книгу о своем лучшем друге, книгопродавце. Он мне постоянно рассказывает забавные истории из повседневной жизни библиофилов. Я помираю со смеху. Это от него я знаю так много про книготорговцев».
Грех было бы эти знания не использовать и писательница засела за роман, напоминающий игру. Ее героиня все время пытается определить личность своего загадочного покупателя. Она никогда его не видела, для нее существуют только его письма и книжные заказы. Но они ей говорят о многом, хотя переписка идет в основном о книгах и вообще о чтении.
«Чтение мой витамин,- пишет Панколь то ли о себе самой, то ли о своей героине.- Это то, что раскрывает больше всего дверей в жизнь. Для меня книги — живые существа, с которыми я общаюсь и делюсь своими радостями. На мой взгляд, подарить интересную книгу — значит сделать самый лучший подарок. У меня есть знакомые, с которыми мы разговариваем на языке прочитанных книг, и нам вовсе не нужно обсуждать предмет любви, чтобы понять, что он или она влюблены. Скажи мне, какая книга тебе нравится, и я скажу тебе кто ты, я сумею разгадать твоё душевное состояние в этот момент, будь то эмоциональный, социальный или чувственный аспект».
Эта игра в гадания на книгах приводит к неожиданному результату. Как детектива к раскрытию убийства. Убийства, правда, никто в романе не совершает, но жертвы обнаруживаются. И с обеих сторон. Словом, чтобы в этой истории разобраться, роман стоит прочесть.
Кроме всяких сюжетных неожиданностей, а их в «Мужчине на расстоянии» не мало, поражает еще многое другое. Я, например, никак не ожидал, что на Западе тоже обожествляют книгу, а чтению придают почти ритуальное значение. Мы, как самая читающая, по крайней мере, в прошлом страна, читаем книги как-то иначе. При всей любви к чтению, мы были в этом деле не ценители и не гурманы, а обычные потребители. Читать мы любили, но, в общем-то, делали это не умело. И что поражает, они там, в Европе и Америке, читают совсем другие книги, часто даже совсем неизвестных нам авторов. Но не только потому, что у нас разные вкусы. И, кстати, идеологические установки тоже – что было, то было, отрицать это глупо. Но еще и потому, что у нас интересы и пристрастия разные. Их в книге способны восхитить или повергнуть в уныние, либо ошеломить только чувства, страсти, наконец, секс. А нам этого мало. Нам нужно что-то еще. Правда, чаще всего это «что-то еще» не поддается конкретному определению. Каждый ищет в книге чего-то своего, но уж точно не секса. И не сексуальных извращений, без чего западный читатель, похоже, жить не может.
Кстати, Панколь тоже в секс не ударяется. У нее все получается как–то на грани. Хотя любовь к книгам неожиданным и странным образом в романе перемешивается с сексуальной. Разговаривая о книгах, автор вдруг умудряется прикасаться к чувственным областям сознания своих героев, оттеснить интеллект в сторону. Но, надо отдать ей должное, в романе до постельных сцен дело никогда не доходит. Панколь, по крайней мере, в «Мужчине на расстоянии», как икону, высоко ставит слова известного испанского режиссера Луиса Бунюэля: «Секс подобен мохнатому пауку, тарантулу, пожирающему все на своем пути, или черной дыре, нырнув в которую, уже никогда не вынырнешь обратно».
Она предпочитает другую черную дыру – книжного мира. Нырнув в которую, выныривать не хочется. Книжное дело, поставленное на широкую ногу, это, действительно, особый мир. Книжные магазины на Западе вообще никогда не пустуют. Завсегдатаи здесь создают совершенно особую атмосферу, и автору она хорошо знакома. Панколь описывает ее с любовью, как мир постоянного праздника. Постоянной радости. А что в них обычно делается в зимние дни на рождественские каникулы – это вообще особая история. О ней тоже Панколь рассказывает с восторгом. Книга в подарок на Рождество — старая европейская традиция. Все ходят по книжным магазинам, выискивая среди книг что-нибудь особенное, что-то необыкновенное, нечитанное. Книга для европейцев на Рождество, наверное, как для нас на Новый Год шампанское.
G. G. 2012-2017